Я рассуждаю не как обкуренный философ, а как непосредственный участник событий. Помимо удачных покупок мне довелось некоторое время работать в крупной компьютерной фирме Питера. Итак, представьте. Обычный рабочий день. Ко мне подходит умильное создание лет двенадцати. Надо заметить, что я отличаюсь особой любовью к детям и чем моложе мой клиент, тем старательней я пытаюсь его обслужить.


- Добрый день, - скромно говорит девочка с двумя косичкам.
- Добрый день, - отвечаю я. – Чем могу помочь?
- Мне нужна клавиатура.
- Клавиатура – прекрасно. – Улыбаюсь. Подхожу к стенду. Показываю ей клавиатуры. Говорю об эргономичности, вижу - ребёнок не врубается. Тогда я хватаю первую попавшуюся клаву и продаю ей. Через неделю тот же самый ребёнок подходит ко мне же.
- Здравствуйте, - говорит девочка.
Я поздоровался.
- Вы знаете, - задумчиво сказала она, - я у вас купила клавиатуру, но она перестала работать. Совсем. На неё ведь ещё есть гарантия?
- Да, гарантия действует. У тебя есть товарный чек?
Девочка протянула мне чек и свёрток. Развернув целлофан и открыв коробку, я вытащил на свет что-то страшное, лишь отдалённо напоминавшее знакомое мне устройство. Чёрные клавиши под которыми было несметное количество крошек, волос и прочего мусора, не поддававшегося классификации. Складывалось впечатление, что клавиатуру обильно полили кофе, а затем высыпали на неё содержимое приёмного мешка старенького пылесоса «Урал».
- Ты знаешь, - сказал я, – клавиатуру в таком состоянии навряд ли примут в сервисном центре.
По щекам ребёнка полились слёзы. Она принялась всхлипывать и сморкаться, распугивая посетителей.
- Мама меня убьёт… - сквозь всхлипы услышал я.
- Ну, что-нибудь попробую сделать, – я отнёс клавиатуру в сервисный центр, прекрасно зная, что ничего из этого не выйдет.

Ещё через несколько дней девочка пришла снова. С невозмутимым выражением лица я прочитал ей заключение сервисного центра, согласно которому данное техническое изделие никак не может быть принято к замене либо починке по причине неаккуратного обращения владельца и нарушений практически всех пунктов гарантийного обслуживания. Тут уж слёзы хлынули в три ручья.

- Мама болеет… мама меня не простит… вы можете сами ей об этом сказать, пожалуйста.

Устоять перед просьбой маленькой девочки я не мог. Она взяла сотовый и позвонил маме. Я же в двух словах обрисовал женщине ситуацию. На том конце виртуального провода возникло гробовое молчание. А затем женщина устало сказала: «Знаете что, передайте моей дочери, чтобы она взяла эту клавиатуру и молотила себя по голове до тех пор, пока не брызнет кровь. А затем пусть она выйдет из здания и будет ходить вокруг него, молотя себя по голове, чтобы всё её видели и никто больше не был такой же идиоткой как она». Длинные гудки отбоя.

- Что сказала мама? – спросило чудесное создание.
- Что тебе пора замуж, - честно, как мог, ответил я.